МАСТЕРСКАЯ
|
ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО
|
ПРОЕКТЫ И ПОСТРОЙКИ
|
ИНТЕРЬЕРЫ
|
СТАТЬИ И ВИДЕО
 
 
Архстройдизайн - Статьи и видео



Малоэтажная застройка – возвращение к Родине
О трансформациях современной субурбии, резортной специфике и перспективах рекреационной модернизации в Крыму
Круглый стол на тему: «Зарубежные инвестиции в малоэтажное строительство в России»
Видео-интервью Концептуал ТВ
Алексей Иванов в телепередаче «Проект мечты» — Усадьба TV
«Проект мечты» с Уборевичем-Боровским и Алексеем Ивановым — Усадьба TV
Рост мегаполисов – это общемировая тенденция…
Профессиональная архитектура снимает риски
Собрание сочинений
Зазеркалье архитектурного проекта
От доступного жилья до курортов, или центробежный рецепт для столицы
Загородные поселки – переход в новое качество?
Время прагматизма
Происходящее сейчас не кризис, а стабилизация…
Ереванский конкурс
Дома будут строить всегда
Преломляя Калифорнийский опыт


 

 

 

 

 

Малоэтажная застройка – возвращение к Родине

На вопросы корреспондента журнала отвечает Алексей Александрович Иванов – руководитель мастерской «Архстройдизайн АСД», лауреат более тридцати советских, российских, международных конкурсов и премий.

Какие события произошли в жизни Вашей мастерской за последнее время?

Прежде всего, мы выжили, сохранив свой состав. 2013 и 2014 гг. были очень сложными для нас. Пока боролись за существование, получили несколько премий. Трижды – престижную European Property Awards. В 2013 г. – за поселок «Бельгийская деревня» и административное здание «Мобильные ТелеСистемы» в Голутвинском переулке, которое было отмечено премией категории «Пять звезд». Окрыленные успе- хом, мы в 2014 г. отправили на этот конкурс другой наш проект – поселок «Графские пруды», и он получил «Highly Commented». Также в 2013 г. мы победили в V открытом публичном конкурсе РЖС им. В. Л. Глазычева на лучший архитектурный проект малоэтажного энергоэффективного жилища экономического класса. В 2014 г., уже на VI конкурсе, тоже получили премию.

Что дают победы в престижных конкурсах?

Ничего. Еще одна рамочка на стене в кабинете. Заказчиков дают прежние связи и рекомендации.

Ваша мастерская производит впечатление востребованной.

Самая большая боль – мало что строится. Мы приходим, делаем, рисуем, обсуждаем, ездим на встречи – и не строится. Проекты начинают буксовать на той или иной стадии. Как сказал Григорий Горин: «Русские долго запрягают, но потом никуда не едут». Архитектор должен строить. Например, огромный объект – инфраструктурно-рекреационный комплекс-курорт «Золотое кольцо» в Переславле. «Золотое кольцо» мы начинали в 2009 – 2010 гг., собирались закончить в 2011 – 2012 гг. Я думал тогда: «Это так долго! Мне уже 50 лет будет, а они только построят…» Прошло еще четыре года. Объект еще не достроен. За последние полтора года благодаря победам появился некий оптимизм, но не появилось ни одной более или менее значимой реализации. К сожалению, даже если что-то и начинается, то на том или ином этапе останавливается по разным причинам.

Что Вам лично интересней строить: городские большие объекты или коттеджные поселки, или вообще – осваивать десятки и сотни гектаров?

Чем больше твой объект, тем больше ты архитектор. Хочется интересно делать крупные комплексы с огромным количеством функций, связей, взаимных влияний разнообразного социального наполнения. Малоэтажная застройка – отработанная интересная тема, которая у нас в мастерской очень хорошо известна, в ней определенный уровень профессионализма наработан. У нас началась очень интересная программа переоборудования котельных в Одинцово с постоянным заказчиком, с которым мы сделали три объекта. Один из них достаточно узнаваем – котельная в Павшинской пойме. Теперь пять котельных в Одинцово. Тема котельных оказалась чрезвычайно любопытной. Во-первых, котельная потрясающе красива сама по себе: из нержавейки лестницы, котлы, разнообразные переплетения труб – прямо звездные войны… Минимум, который нужен ей по функции, – остекление, а дальше что хочешь, то и делай. Это идеальное упражнение для архитектора. Любая архитектура, главное – найти образ. Пять котельных с добавлением различных функций. Котельные стоят в узловых местах, представляя собой некий арт-объект внутри квартала. У нас появился шанс при- думать для них общую тему. В одном случае надо было фасады только переделать, во втором переоборудовался ТП, а на его месте возникало что-то другое – бизнес-центр или апарт-отель, в третьем сращивался офис с новой котельной и создавался новый квартал, в четвертом появлялась мощная здоровая котельная на правитель- ственной трассе, и это становилось тоже неким знаком. Котельная, становясь арт-объектом, обрастает разными вещами. Например, ее можно объединить с комплексом закрытого бассейна, чтобы использовать избыточное тепло, которое всегда есть. По- являются какие-то естественные для арт-объекта схемы, цитаты. При этом получается современная вещь, используется современный материал. Любопытная, очень интересная тема, но в какой-то момент и она приостановилась по ряду причин.

Если говорить о больших планировочных проектах, что удалось довести до конца?

Из больших – в Оренбурге участвовали вместе с американцами в генплане и застроили 500 гектаров. Хорошую въездную группу сделали. Сейчас в Самаре 300 гектаров осваивается по нашей концепции, в Питере еще в 2000-е гг. мы сделали порядка 200 гектаров.

Какова судьба проекта «Графские пруды»?

Все построено. Тендер был еще лет семь- восемь назад. Порядок реализации подоб- ного проекта следующий: десять месяцев делается «рабочка», пять лет он строится и три года продается. Мы делали этот про- ект для Аллтек Девелопмент. В основу по- ложили идею перекрестья парков зеленого и голубого – там пруд есть. Мы разрыли имеющееся там болотце, придали ему жесткую геометрическую форму. Захотелось уйти от этого растекающегося ландшафта. Жесткое на жестком. Придумали архитек- турную градостроительную стилистику, которая на тот момент стала очень по- пулярна. На главной оси парк раскрывается. Сам парк является компенсацией для тех, кто живет внутри поселка. Пруд – компенсация для тех, у кого нет прямого выхода к лесу. Архитектор Михаил Крихели сделал свою часть домов и въездную группу, мы – свою часть домов.

Сейчас чем наполнены будни Вашей мастерской?

Мы в настоящее время работаем в основ- ном за пределами Москвы и даже за пределами области. В Москве у нас всего один объект, но очень интересный и крупный. Три объекта в Екатеринбурге. Закончился несколько месяцев назад любопытный проект в Ижевске, предполагавший застройку 30 гектаров земли многоэтажными домами. Все это строилось внутри города с его сложной транспортной системой и природоохран- ными мероприятиями. Получилось интересное исследование. С нашей стороны была проделана реальная работа – мы пошли математическим путем, выстроили район, выстроили реализуемую очередь строительства, создали некую градостроительную единицу. Поняв, сколько эта территория сможет принять по плотности максимально, мы с заказчиком искали золотую середину между экономикой и этой безумной плотно- стью. Все квадратные метры обрастают социальной нагрузкой. Несмотря на то что наш заказчик опытный застройщик, было очень сложно понять, как оправдать эти затраты на 150– 250– 350 тыс. м2, которые надо было не только застроить, но и все продать. Интересный проект был в Кирове года три назад: застройка 40 гектаров отдельно стоящими индивидуальными домами на участках в 10 соток, небольшим количеством блокированных домов-таунхаусов и квартирных трехэтажных домиков. Сейчас заказчик объявляет новый закрытый конкурс-тендер с переходом на трехэтажный формат. Хороший участок, рельеф, речушки, мы там прудик выкопали в свое время симпатичный. Вот этот тип малоэтажной застройки сегодня конкурент 17-этажным башням.

В чем преимущество малоэтажной застройки?

Меня удивляет, что при нашем уникальном опыте малоэтажной застройки мы простаиваем. Почему при общей схожести природных моделей России и США эта ковровая двухэтажная застройка в Америке реали- зуется? Постоянно идет реновация таких домиков, причем не замена одного типа на другой, а именно на смену двухэтажным домам приходят такие же двухэтажные дома. Вряд ли это только из-за регламента. Огромную роль, думаю, играет американская легенда-мечта о собственном доме. Но точно такая же мечта есть и в России! Например, в Краснодаре, где сильны еще казачьи традиции, а также на Урале и в Сибири с их крепкими традициями зажиточного крестьянства люди мечтают о собственном доме. Потенциал у этой темы огромный – столько желающих и тех, кому действительно необходим именно такой дом. 50 процентов жилья в России – ветхое, требующее замены и сноса. Как происходит замена? Малые города – «под нож» и строительство 17-этажных домов либо застройка на периферии 6 – 9-этажными. Смысл этого понятен: затраты на транспорт и инфраструктуру настолько велики, кредиты и их обслуживание такие сумасшедшие, и вообще все, что связано со строительством, помимо проектирования, стоит таких больших денег для застройщика, что осваивать территорию в 20 гектаров, строя маленькие дома, невыгодно. Сейчас все провинциальные города застраиваются интенсивно. Но и там идет достаточно серьезная конкуренция между… 17- и 20-этажными домами, которые могут немного различаться по качеству. Двухэтажный формат у нас не прижился. И провинция, только-только начав за Москвой и Санкт-Петербургом ковровую застройку малыми поселками, ее так и не реализовала. Не вынесла экономически.

Сложно представить малоэтажную застройку в Москве, пусть и на самой ее периферии…

Малоэтажное строительство органично для Новой Москвы, в саму основу которой заложена идея ковровой массовой малоэтажной застройки. Но пока мы снова там видим огромные многоквартирные башни. В начале ХХ в. прозвучала интересная мысль, что патриотизм возникает у тех, у кого есть свой дом и свой кусок земли. Здесь люди ощущают дух места. Есть чувство принадлежности к населенному пункту, а не к индустриальному пространству. Малоэтажные домики – это компромисс между муравейником с лифтами и собственным домом. Работая в малоэтажке, можно делать интересные современные вещи или, наоборот, создать образ старого города. Это легко решить архитектурно: стилизовал фронтоны и кровлю, и уже появились флер и обаяние определенной эпохи. Исторические архитектурные цитаты городу нужны. Тогда 3 – 4-этажная застройка у каждого из нас будет вызывать в памяти абсолютно внятный образ, например, Сретенки, или ми- лого изящного Калязина, стоящего на берегу Волги, или Твери, или Костромы, а может быть, даже итальянских городков – Сан-Джиминьяно и Вольтерры… В многоквартирных «муравейниках» тоже есть какой-то плюс, но, имея такие огромные территории, правильней было бы их застраивать малоэтажками, которые дают ощущение Родины, масштаба, человечности. Несомненно, проекты должны обладать определенной гибкостью, при этом должен быть регламент с пониманием стратегического направления развития города. К счастью, уже наметилась позитивная тенденция…

Беседовала Екатерина Пятунина.



 
ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО
|
ПРОЕКТЫ И ПОСТРОЙКИ
|
ИНТЕРЬЕРЫ
|
СТАТЬИ И ВИДЕО
|
ПАРТНЕРЫ
|
ПРОДАЖА ПРОЕКТОВ
|
АРХИВ
 

 


  По вопросу проектирования
  звоните по телефонам: +7 (495) 692-13-48, +7 (495) 692-17-07
  или пишите на info@archaos.ru